Поделись с подругой или другом в Социальных сетях.
Почему до сих пор, несмотря на абсолютную признанность сказки в литературе и жизни, не утихают споры по поводу возможности и целесообразности рассказывать детям страшные сказки в истинном виде?
Современные родители очень часто стараются оградить своего ребенка от негативных впечатлений и эмоций, и с каждым годом все явственнее проявляется тенденция не читать детям современных сказок. Даже Билибина нынче принято считать «жестоким» художником. На одной моей лекции часть аудитории бурно поддержала маму, которая с гордостью заявила, что никогда не показывали билибинских рисунков своим детям и именно благодаря этому они выросли спокойными. Вынуждена таких родителей разочаровать. Они не спасают, а калечат своего ребенка.
Я понимаю, что все знают, как воспитывать детей, писать книги и рисовать иллюстрации, а еще — как лечить и учить в школе. Но! Психология и филология такие же точные науки, как математика и физика. И чтение страшных фольклорных сказок не только желательно, но и необходимо для формирования личности ребенка и его взросления.
Русские сказки, как и сказки любого другого народа, весьма «кровожадны», с обывательской точки зрения, но особенной жестокостью отличаются сказки немецкие: сестрам и мачехе Золушки голуби выклевывают глаза, несчастным девицам отрезают пятки и большие пальцы — чтобы нога влезла в туфельку. А в сказке «Можжевельник» ребенка вообще разрубают на куски, а потом готовят из него суп, который скармливают отцу мальчика.
Самая древняя сказка, известная человечеству, а именно древнеегипетская сказка «Два брата», относящаяся к 19-й династии, т.е. к 1200 году до н.э., уже содержит мотивы самокастрации, убийства и расчленения мертвого тела.
Испугала? Так вот сейчас удивлю еще больше. Дети фольклорных «ужастиков» не боятся. Они воспринимают их совершенно по-другому, чем взрослые. Уже в начале XX века психологи отмечали тягу ребенка к страшным сказкам.
Так, например, классическим стал пример, описанный известным немецким ученым Б.Беттельхеймом: трехлетняя девочка при первом знакомстве с «Красной Шапочкой», где, как известно, страшный волк съедает и саму Шапочку, и ее бабушку, очень испугалась, но через некоторое время родители обнаружили настойчивость малышки в просьбе еще раз прочитать ей сказку про ужасного волка. Когда же мама пошла ей навстречу, малышка зажмуривалась от сладкого ужаса, слушая про коварного хищника, и радостно хлопала в ладоши, когда бабушку доставали из его пуза.
Стоит вспомнить, как все мы в детстве рассказывали в темноте друг другу страшилки, начинавшиеся со слов «в черной-черной комнате»... Ребенку необходимы такие страшные истории, потому что описываемые в сказках ситуации, направленные на преодоление препятствий, содержат кодифицированные страхи ребенка — страх потеряться, страх поступить дурно, страх перед неизвестным, страх покинуть отчий дом, страх чудищ.
И когда вместе с родителем или самостоятельно, научившись читать, ребенок проживает сказку, проходя все страшные испытания и приходя к неизменно счастливому концу, он учится не бояться трудностей. И более того — он понимает, что при правильном решении задач и проявленном упорстве получит награду. Так формируется его характер.
Ребенок стремится пережить описываемые в сказке мучения и жестокости, чтобы понять собственные инстинкты, учится благодаря предлагаемым в сказке типичным моделям поведения побеждать темные силы и бороться за себя и свое «я». Психологи давно доказали, что жестокость в сказке выступает не только как наказание за зло, неосторожность и наивность, но и как присущий самому герою мотив преодоления испытаний. Ребенок отождествляет себя с героем сказки и тем самым получает возможность преодолеть собственные страхи и решить собственные проблемы.
Отчаяние открывает дорогу смерти, но одновременно оно и предвестник возрождения и трансформации, и ребенок интуитивно это понимает и стремится к «жестокой» сказке, а не к сказке «выхолощенной». За жестокостью сказки скрывается процесс развития личности. Психологи отмечают, что всем людям уже с раннего детства свойственно стремление повстречаться с жестокостью, поскольку человеческая природа двойственна и состоит не только из добра, но и из зла.
Именно свою темную сторону ребенку необходимо повстречать в сказке, чтобы осознать и преодолеть ее, научиться с ней бороться и побеждать ее. Причем часто такой путь борьбы со злом в собственной душе избирает не только ребенок, но и взрослый человек, что с успехом используется в психоанализе. Жестокость же в сказке является ее неотъемлемой составляющей, которую невозможно обойти или опустить.
Очень часто матери сыновей жалуются, что их ребенок инфантилен и не может взять ответственность во взрослом возрасте за семью, не в состоянии зарабатывать деньги и заботиться о близких, в том числе и о родителях. Виноваты часто в этом они сами. Например, отказываясь от чтения сказок о злых мачехах, родители не хотят показать ребенку, что есть семьи, где матери и отцы недобрые, где родных детей могут выгнать из дома. И тем самым лишают свое собственное дитя возможности научиться состраданию, любви, заботе. Они воспитывают морального эгоиста и кастрата, потому что сами своими собственными руками отсекли возможность пройти при помощи фольклора процесс взросления и обрести новый психологический опыт и социальный статус. Мир такого ребенка однолинеен, а сам он не готов бороться со сложностями жизни.
Сказка способствует развитию не только воображения и фантазии ребенка, но и формирует основу его представлений о жизни. Если хотите, его культурный код и нравственную позицию.
Сказки вызывают у детей напряженное внимание к чудесам и приключениям, учат новым словам и главное — добру, как бы это ни звучало высокопарно. Ребенок при чтении сказки начинает сравнивать себя с героем и невольно задает себе вопросы: «А кто я?», «Как возник мир?» и даже «В чем смысл жизни?». Эти жизненно важные вопросы осмысливаются им не абстрактно, потому что в «сказочном возрасте» ребенку еще сложно мыслить отвлеченными категориями, а через сказку в игровой форме. Он требует повторения «страшилки», часто настаивает на повторении всех деталей и даже сам дополняет их, чтобы уяснить для себя важные основополагающие вещи. Детям необходим порядок в окружающем их мире, он дает им чувство защищенности и успокоение. И счастливый «стереотипный» конец дает ребенку уверенность, что и в жизни все у него будет хорошо. И часто мнение взрослого ему совсем не нужно, ему достаточно самой сказки.
Б.Беттельхейм описывал, как пятилетний мальчик после чтения с мамой сказки о Хансе Победителе Великанов, спросил, бывают ли великаны. Пока растерянная мама думала, как правильно ответить, сынишка сам с собой поговорил и сам себе ответил: «Ну да, есть взрослые, они как великаны. И Ханс смог их перехитрить. Значит, и я смогу». То есть ребенок сам себя уверил в том, что сможет одолеть неприятеля. Он вырастет и всех победит. И он сам себя запрограммировал на успех в жизни.
Родители часто забывают, что маленький человечек находится в зависимом от них положении, что очень часто его желания не выполняются. Когда мама или бабушка не дают ребенку набраться собственного опыта, падают в обморок при виде разбитых коленок и не пускают лазить по деревьям, они лишают малышей возможности проживать собственную жизнь. Родители из самых лучших побуждений зачастую всё решают за ребенка, но в результате подавляют его волю, устремления, желания и не дают совершать поступки. Однако ребенок находит выход из положения и компенсирует неудачи и социальную зависимость в сказке, где все решается «по справедливости» и где он самый сильный, смелый и добрый герой, который может успешно выйти из самой страшной битвы с драконом.
При этом каждый ребенок — отдельная Вселенная, и не стоит насильно читать ему страшные сказки. Если он начинает плакать и пугаться, слушая про сказочные «ужасы», значит, он еще маленький и не готов воспринимать такие сказки чисто психологически. Когда он созреет, он сам попросит прочитать ему и про Бабу ягу, и про Кощея Бессмертного — и тем самым преодолеет свой страх.
В ужасах сказки главное не сам страх, а борьба с ним. И взрослые часто забывают, что дети воспринимают мир совершенно иначе, чем они. Ребенок благодаря страшной сказке учится всему спектру эмоций, он понимает, что в жизни есть не только добро, но и зло, которое можно и нужно побеждать. Он формирует собственное отношение к миру, которое поможет ему в самых стрессовых ситуациях, когда у них не возникнет паника и он не получит психологическую травму. Благодаря страшной сказке ребенок научится не только переживать страх, но и успешно справляться с ним.
На подсознательном уровне, как утверждают психологи, родители оберегают своего ребенка от ужасов мира и страшной сказки, в том числе потому, что опасаются отпускать его в реальный мир из лона семьи. Совершенно понятное стремление. Но тем самым родители зачастую лишают детей шанса самонастроиться на уверенность в собственных силах и преодоление любых жизненных подстав.
Авторы: Наталия Будур
Почему до сих пор, несмотря на абсолютную признанность сказки в литературе и жизни, не утихают споры по поводу возможности и целесообразности рассказывать детям страшные сказки в истинном виде?Современные родители очень часто стараются оградить своего ребенка от негативных впечатлений и эмоций, и с каждым годом все явственнее проявляется тенденция не читать детям современных сказок. Даже Билибина нынче принято считать «жестоким» художником. На одной моей лекции часть аудитории бурно поддержала маму, которая с гордостью заявила, что никогда не показывали билибинских рисунков своим детям и именно благодаря этому они выросли спокойными. Вынуждена таких родителей разочаровать. Они не спасают, а калечат своего ребенка. Я понимаю, что все знают, как воспитывать детей, писать книги и рисовать иллюстрации, а еще — как лечить и учить в школе. Но! Психология и филология такие же точные науки, как математика и физика. И чтение страшных фольклорных сказок не только желательно, но и необходимо для формирования личности ребенка и его взросления. Русские сказки, как и сказки любого другого народа, весьма «кровожадны», с обывательской точки зрения, но особенной жестокостью отличаются сказки немецкие: сестрам и мачехе Золушки голуби выклевывают глаза, несчастным девицам отрезают пятки и большие пальцы — чтобы нога влезла в туфельку. А в сказке «Можжевельник» ребенка вообще разрубают на куски, а потом готовят из него суп, который скармливают отцу мальчика. Самая древняя сказка, известная человечеству, а именно древнеегипетская сказка «Два брата», относящаяся к 19-й династии, т.е. к 1200 году до н.э., уже содержит мотивы самокастрации, убийства и расчленения мертвого тела. Испугала? Так вот сейчас удивлю еще больше. Дети фольклорных «ужастиков» не боятся. Они воспринимают их совершенно по-другому, чем взрослые. Уже в начале XX века психологи отмечали тягу ребенка к страшным сказкам. Так, например, классическим стал пример, описанный известным немецким ученым Б.Беттельхеймом: трехлетняя девочка при первом знакомстве с «Красной Шапочкой», где, как известно, страшный волк съедает и саму Шапочку, и ее бабушку, очень испугалась, но через некоторое время родители обнаружили настойчивость малышки в просьбе еще раз прочитать ей сказку про ужасного волка. Когда же мама пошла ей навстречу, малышка зажмуривалась от сладкого ужаса, слушая про коварного хищника, и радостно хлопала в ладоши, когда бабушку доставали из его пуза. Стоит вспомнить, как все мы в детстве рассказывали в темноте друг другу страшилки, начинавшиеся со слов «в черной-черной комнате». Ребенку необходимы такие страшные истории, потому что описываемые в сказках ситуации, направленные на преодоление препятствий, содержат кодифицированные страхи ребенка — страх потеряться, страх поступить дурно, страх перед неизвестным, страх покинуть отчий дом, страх чудищ. И когда вместе с родителем или самостоятельно, научившись читать, ребенок проживает сказку, проходя все страшные испытания и приходя к неизменно счастливому концу, он учится не бояться трудностей. И более того — он понимает, что при правильном решении задач и проявленном упорстве получит награду. Так формируется его характер. Ребенок стремится пережить описываемые в сказке мучения и жестокости, чтобы понять собственные инстинкты, учится благодаря предлагаемым в сказке типичным моделям поведения побеждать темные силы и бороться за себя и свое «я». Психологи давно доказали, что жестокость в сказке выступает не только как наказание за зло, неосторожность и наивность, но и как присущий самому герою мотив преодоления испытаний. Ребенок отождествляет себя с героем сказки и тем самым получает возможность преодолеть собственные страхи и решить собственные проблемы. Отчаяние открывает дорогу смерти, но одновременно оно и предвестник возрождения и трансформации, и ребенок интуитивно это понимает и стремится к «жестокой» сказке, а не к сказке «выхолощенной». За жестокостью сказки скрывается процесс развития личности. Психологи отмечают, что всем людям уже с раннего детства свойственно стремление повстречаться с жестокостью, поскольку человеческая природа двойственна и состоит не только из добра, но и из зла. Именно свою темную сторону ребенку необходимо повстречать в сказке, чтобы осознать и преодолеть ее, научиться с ней бороться и побеждать ее. Причем часто такой путь борьбы со злом в собственной душе избирает не только ребенок, но и взрослый человек, что с успехом используется в психоанализе. Жестокость же в сказке является ее неотъемлемой составляющей, которую невозможно обойти или опустить. Очень часто матери сыновей жалуются, что их ребенок инфантилен и не может взять ответственность во взрослом возрасте за семью, не в состоянии зарабатывать деньги и заботиться о близких, в том числе и о родителях. Виноваты часто в этом они сами. Например, отказываясь от чтения сказок о злых мачехах, родители не хотят показать ребенку, что есть семьи, где матери и отцы недобрые, где родных детей могут выгнать из дома. И тем самым лишают свое собственное дитя возможности научиться состраданию, любви, заботе. Они воспитывают морального эгоиста и кастрата, потому что сами своими собственными руками отсекли возможность пройти при помощи фольклора процесс взросления и обрести новый психологический опыт и социальный статус. Мир такого ребенка однолинеен, а сам он не готов бороться со сложностями жизни. Сказка способствует развитию не только воображения и фантазии ребенка, но и формирует основу его представлений о жизни. Если хотите, его культурный код и нравственную позицию. Сказки вызывают у детей напряженное внимание к чудесам и приключениям, учат новым словам и главное — добру, как бы это ни звучало высокопарно. Ребенок при чтении сказки начинает сравнивать себя с героем и невольно задает себе вопросы: «А кто я?», «Как возник мир?» и даже «В чем смысл жизни?». Эти жизненно важные вопросы осмысливаются им не абстрактно, потому что в «сказочном возрасте» ребенку еще сложно мыслить отвлеченными категориями, а через сказку в игровой форме. Он требует повторения «страшилки», часто настаивает на повторении всех деталей и даже сам дополняет их, чтобы уяснить для себя важные основополагающие вещи. Детям необходим порядок в окружающем их мире, он дает им чувство защищенности и успокоение. И счастливый «стереотипный» конец дает ребенку уверенность, что и в жизни все у него будет хорошо. И часто мнение взрослого ему совсем не нужно, ему достаточно самой сказки. Б.Беттельхейм описывал, как пятилетний мальчик после чтения с мамой сказки о Хансе Победителе Великанов, спросил, бывают ли великаны. Пока растерянная мама думала, как правильно ответить, сынишка сам с собой поговорил и сам себе ответил: «Ну да, есть взрослые, они как великаны. И Ханс смог их перехитрить. Значит, и я смогу». То есть ребенок сам себя уверил в том, что сможет одолеть неприятеля. Он вырастет и всех победит. И он сам себя запрограммировал на успех в жизни. Родители часто забывают, что маленький человечек находится в зависимом от них положении, что очень часто его желания не выполняются. Когда мама или бабушка не дают ребенку набраться собственного опыта, падают в обморок при виде разбитых коленок и не пускают лазить по деревьям, они лишают малышей возможности проживать собственную жизнь. Родители из самых лучших побуждений зачастую всё решают за ребенка, но в результате подавляют его волю, устремления, желания и не дают совершать поступки. Однако ребенок находит выход из положения и компенсирует неудачи и социальную зависимость в сказке, где все решается «по справедливости» и где он самый сильный, смелый и добрый герой, который может успешно выйти из самой страшной битвы с драконом. При этом каждый ребенок — отдельная Вселенная, и не стоит насильно читать ему страшные сказки. Если он начинает плакать и пугаться, слушая про сказочные «ужасы», значит, он еще маленький и не готов воспринимать такие сказки чисто психологически. Когда он созреет, он сам попросит прочитать ему и про Бабу ягу, и про Кощея Бессмертного — и тем самым преодолеет свой страх. В ужасах сказки главное не сам страх, а борьба с ним. И взрослые часто забывают, что дети воспринимают мир совершенно иначе, чем они. Ребенок благодаря страшной сказке учится всему спектру эмоций, он понимает, что в жизни есть не только добро, но и зло, которое можно и нужно побеждать. Он формирует собственное отношение к миру, которое поможет ему в самых стрессовых ситуациях, когда у них не возникнет паника и он не получит психологическую травму. Благодаря страшной сказке ребенок научится не только переживать страх, но и успешно справляться с ним. На подсознательном уровне, как утверждают психологи, родители оберегают своего ребенка от ужасов мира и страшной сказки, в том числе потому, что опасаются отпускать его в реальный мир из лона семьи. Совершенно понятное стремление. Но тем самым родители зачастую лишают детей шанса самонастроиться на уверенность в собственных силах и преодоление любых жизненных подстав. Авторы: Наталия Будур
